Е. Л. Жуйков

Так близко, почти столкнувшись в школьном коридоре, я увидел его впервые: большой, сутуловатый, с бритой головой, в костюме военного покроя, он прохаживался по школе и все по-хозяйски оглядывал. Уже потом я узнал, что это был «отец города» Терещенко. Директор огромного комбината, лауреат Ленинской премии, кавалер многих орденов и медалей, первый почетный гражданин Кирово-Чепецка, он мог вот так запросто приехать и в школу, озаботившись ее проблемами. Рабочие звали его «батя» — еще одно почетное звание…

Яков Филимонович Терещенко родился в городе Севске на Брянщине — младшим из пяти детей. После смерти отца, будучи восьми лет отроду, начал помогать матери по хозяйству — пахал, сеял, косил. После школы работал на маслобойном заводе. Но продолжало тянуть к знаниям — уехал в Ленинград, окончил Химико-технологический институт — знаменитую «техноложку». Потом были предприятия Питера, Москвы. Дзержинска, Киева, где Терещенко прошел путь от лаборанта до начальника строительства и руководителя крупных предприятий. Спустя долгие годы министр химической промышленности в памятном адресе на имя Якова Филимоновича писал: «Особый вклад Вами был сделан по строительству завода в Киеве и в период Великой Отечественной войны при базировании его в г. Кемерово, создании там в кратчайшие сроки завода, имеющего важное значение для страны».

Яков Филимонович Терещенко

Яков Филимонович Терещенко

Год 1947-й поворотный в судьбе Терещенко: его назначают директором еще только строящегося в будущем Кирово-Чепецке химкомбината. Институтский преподаватель Якова Филимоновича — академик Л. Е. Парей-Кошиц так откликнулся на это назначение: «Прежде всего примите выражение моей радости и гордости, что один из моих учеников — директор завода. И причем… завода немаловажного».

Начинать пришлось практически с нуля: Терещенко по прибытии застал лишь забор, карбидный цех, маленький поселок да болото на месте предстоящей стройки. Создавать же предстояло производство, для которого у нас еще не существовало отработанной технологии, — и притом в кратчайшие сроки. И эту грандиозную задачу Терещенко решил с блеском.

Через двадцать восемь лет, уходя на пенсию, Яков Филимонович оставил своим преемникам химический гигант с 15-тысячным трудовым коллективом и 100-тысячный современный город — Кирово-Чепецк.

***

В одной из комнат этого старенького брускового дома на берегу Вятки до недавнего времени все оставалось так, как было при Якове Филимоновиче.

»Вот здесь жил директор», — сказала мне при первой встрече его вдова Надежда Федоровна, имея, наверное, в виду не только ставшую легендарной скромность Терещенко, но и нечто более значительное: некую «терещенковскую» ауру, исходящую от многочисленных фотографий, документов, книг… Комната стала домашним музеем, а Надежда Федоровна — его добрым ангелом-хранителем. Для своих восьмидесяти лет она оказалась удивительно подвижной, но не суетной — сдержанно-мудрой и гордой за мужа, которому была верной спутницей. О себе говорила мало, хотя в своей жизни отнюдь не сидела сложа руки. Я видел у нее грамоты за организацию городских цветочных выставок; видел благодарственные письма от комсомольцев Нового Уренгоя и писателя-земляка Альберта Лиханова — она безвозмездно передавала книги участникам всесоюзной стройки; видел сверкающие позолотой открытки — к праздникам их присылал чемпион мира по шахматам Анатолии Карпов от имени правления Советского фонда мира. Почетной грамотой и медалью которого Надежда Федоровна была награждена за активное участие в его деятельности.

Совсем недавно Надежды Федоровны не стало, а семейные реликвии по желанию родственников перенесли в городской музейно-выставочный центр. Но то первое знакомство с ними в сопровождении лучшего из «экскурсоводов» никогда не изгладится из памяти.

***

»Как начинался город? Этот наш дом был вроде гостиницы — у нас жили проектировщики. Яков Филимонович посадил их в пролетку и повез смотреть место. Город они планировали там, где теперь производство минеральных удобрений, а само производство — где теперь городские микрорайоны. А он был против и как же свое отстаивал!"

«А первый каменный дом — одноэтажный корпус нынешней больницы химкомбината. Тогда это был роддом — Яков Филимонович подумал о детях, ведь понаехала молодежь, „фэзэушники“. Потом появились детсад, вторая школа, стадион — все рядом. Стадион строили, приходя со смены. Я еще в центральной заводской лаборатории работала. Так же, методом народной стройки, сооружали позднее каток с искусственным льдом. А параллельно с заводскими цехами заложили и »зеленный» цех: он хотел, чтобы в праздники были цветы для женщин».

1960 год: первые мотогонки.
1964 год: летняя городская спартакиада.
1968 год: открытие нового здания музыкальной школы — это строительство Терещенко лично «пробивал» в министерстве. Нельзя без волнения читать открытки, где детской рукой выведено: «Дорогой Яков Филимонович! Мы, учащиеся школы номер 2, вновь пришли сюда, чтобы в День Победы отдать Вам дань глубокого уважения и доброй памяти за Ваши светлые, большие дела».

Я.Ф.Терещенко на открытии школы

Я. Ф. Терещенко на открытии школы

»Он уже болел, но на встречу с Леоновым приехал. Народу было много. Когда Леонову поднесли цветы, он спросил: «Ребята, а кто построил эту школу?» — «Терещенко», — отвечают. Леонов: «Так давайте Терещенко цветы и подарим…"

»Позвал меня как-то погулять в город. Встретили парней с гитарой. «Икон Филимонович, давайте мы вам песню про Кирово-Чепецк споем». Он слушает, а на главах слезы… Ведь жили в Ленинграде, была возможность вернуться в Киев — нет, ему Кирово-Чепецк всего дороже… И его люди, о которых Яков Филимонович в текучке дел никогда не забывал. Когда Николай Антонович Соболев вышел па пенсию, предложил ему: чего дома сидеть, берись за нужное дело — собирай материалы для городского музея. Уже тогда музей создать замыслил, даже выделил временное помещение, а вот постоянное построить не успел…"

***

9 мая 1975 года открытие Мемориала славы, зажигается Вечный огонь. Яков Филимонович уже очень болен, скоро его не станет…

Я.Ф.Терещенко на открытии мемориального комплекса

Я. Ф. Терещенко на открытии мемориального комплекса «Вечный огонь»

***

Среди реликвий музея есть памятный сувенир, преподнесенный директору в 1971 году работниками одного из цехов. Он глубоко символичен: штурвал корабля, слева по борту которого — комбинат, справа — город. Столь же символичны и стихотворные строчки, пусть безыскусные, но идущие от чистого сердца:


Фарватер заводского корабля
Глубок и чист
до горизонтных далей
И, четверть века стоя у руля,
Вы кораблем успешно управляли…
Завод и город —
Ваш корабль и дом.
И люди благодарны будут долго
За верность, подтвержденную
трудом,
И за пример директорского долга.